wooodooo

Кое-что о благодарности жителям Донбасса

           Это может показаться парадоксальным, но известную фразу "Спасибо людям из Донбасса" я впервые услышал именно в Донбассе же от его коренных жителей. В последнее время репутация этого края - моего родного края - настолько неоднозначна, пишут о нем настолько много и нередко настолько предвзято, что так и хочется крикнуть: "Доколе?" - и пользуясь замешательством от этого многозначительного вопроса, что-нибудь сказать во имя истины. Но сказать кратко не получается, а слушать долго вряд ли у кого хватит терпения..
         Года четыре назад в Миргороде на курорте я  совершенно случайно познакомился с украинским писателем Анатолем Димаровым. Убеленный сединами приятный в общении замечательный  человек узнал, что я родом из Донбасса и с неподдельным человеческим и профессиональным интересом попросил меня рассказать - что же это за край такой? Имея ввиду то, что происходило, естественно, в политической жизни страны. Я предупредил писателя, что высказываю свое личное мнение, которое может не совпадать с мнением других людей и рассказал ему примерно вот это.


          Как правило, любой топоним является клише и требует разъяснения. Что означает топоним "Донбасс"? Обычно Донбасс ("Донецкий бассейн", "бассейн рек Дона и Донца") воспринимается как промышленный угледобывающий район Украины, который ограничивается пределами Донецкой и Луганской областей. Однако, уголь добывают и в соседней Днепропетровской области (Павлоград) и Ростовсокй области РФ.  Но их к Донбассу не относят. Да и территория Донецкой и Луганской областей (Донбасс в понимании большинства) неоднородна! Северная часть Луганской области (Старобельск, Сватово)  в 19 веке относились к Слободской Украине (Старобельский уезд Харьковской губернии).  Север Донецкой области также относился к Харьковской губернии (Изюмский уезд, к которому относились территории современных Славянска, Краматорска и даже Бахмута (Артемовска). Территория Донецкой и Луганской областей имеют более глубокие исторические различия, чем мы предполагаем. Мариуполь и Волноваха настолько же отличны от Донецка, как и Краматорск о Славянском или Старобельском. Таким образом, исторически единого Донбасса, как такового нет - есть различные территории, административно объединенные в две области Украины.
      Своеобразна и интересна история этого края. Разумеется, я не претендую на полноту и обширность изложения, тем более, что здесь ничего нового не скажу для знатоков истории - край киммерийцев, скифов и сармат, половцев славян, татар  - все эти этносы в свое время топтали своими лошадьми степи Северного Приазовья и считали его своим.
       Однако, ни одна из этих культур не оставила глубокого следа в сознании местного населения.
      
Даже культура казацких Запорожья и Дона не оставили глубокого следа в менталитете местных жителей. Вряд ли вы найдете понимание в этом вопросе у местных. Сознание население Донбасса формировалось в последнее столетие - и это главное. Оно формировалось НЕ как духовное продолжение земледельческой или кочевой культур, а как производственно-бурлацкое (извините за личный неологизм), "заробитчанское".
      Как только в Донецком бассейне началась промышленная добыча (в Донбассе говорят дОбыча) угля,соответственно начался экономический и демографический бум. Это происходило во второй половине 19 - начале 20 века. Сюда потянулись тысячи людей. Вряд ли кто из них поначалу воспринимал этот край как постоянное место жительства. Дух фронтира, наживы, обогащения господствовал здесь. Впрочем, как и на всей территории так называемой "Новороссии". До сих пор слабо заселенная мало обжитая территория, с которой согнали вчерашних хозяев - сначала запорожских, а потом и донских казаков, быстро покрывалась сетью рудников, плавилен, поселков. Сюда съезжались из пределов необъятной империи (и из-за ее пределов тоже)  искатели приключений и наживы, беглецы от помещичьего гнета и обезземеленные жертвы крестьянской реформы, а то и просто уголовники. История Донбасса конца 19 - первой половины 20 века можно сравнить с историей освоения "Дикого Запада" в США или Австралии. Схожих черт здесь больше, чем можно представить.
       Название города Юзовка - столицы Донбасса - есть производное от фамилии английского предпринимателя Юза (правильнее бы - Хьюза), что весьма показательно. Хозяйничали здесь преимущественно не выходцы из местных краев (хотя были и такие), а в основном иностранцы - англичане, французы, бельгийцы, немцы... В огромный котел под названием Донбасс вливались тысячи ручейков. Здесь можно было заработать на жизнь непосильным трудом шахтера, горнового или грабежом их в прямом и переносном смыслах; здесь можно было быстро сколотить состояние или так же быстро обанкротиться. Еще больше была вероятность быть погибшим под завалом в шахте...
       Разумеется, многие из нас проходили это в школе. Нынешние школьники вряд ли... Но это к слову. Но вот чего, скорее всего, не проходили:
        Здесь все носило печать временности, неустроенности. Здесь строили в основном не города и дома, а поселки и бараки. Весь Донбасс был усеян как прыщами, этими уродливыми кривобокими поселками, некоторые из них остались почти неизменными если не с 19 века, то уж с 1930-х годов точно. Разумеется, бараки были и в других краях, но так массово и на такой огромной территории, вряд ли. Здесь не зажигали культурных очагов, да и не для кого было зажигать - каторжный труд горнорабочего или сталелитейщика занимал всю его жизнь. Остаток времени от работы и сна он проводил в кабаке, где пропивал заработанные грошИ. Нет, конечно, это были приличные деньги, но все равно в соотношении с риском и тяжестью труда - грошИ.
       Поэтому именно здесь зрели гроздья гнева, время от времени выливающиеся в стихийные бунты "черни". Именно поэтому после 1917 года Донбасс стал оплотом большевиков, а личности типа "безбашенного" Клима Ворошилова или авантюриста Артема его организаторами и героями. Они не любили ни этот край, ни родину в любом понимании. Это были маргиналы с сознанием всемирных пролетариев. Донбасс был превращен в полигон для воплощения слепка идеи  этой "всемирной пролетарской республики"
      Именно отсюда начинается НАША история Донбасса. Именно в этом кроются корни менталитета "жителей Донбасса".
      Большевики всегда твердо знали, что делали. На юге империи, где господствовала высокая земледельческая культура украинцев и донских казаков, где главными чертами менталитета были индивидуализм, трудолюбие, веротерпимость (наличие многочисленных колоний немцев, греков и других народов этому способствовали) не было места идеологии большевизма. Большевики очень долго не имели здесь решительно никакого влияния. И чужеродной тканью, островком пролетарской безродности, вживленным в тело этого организма, стал промышленный Донбасс. Триада Москва - Питер - Донбасс лежала в основе революции большевиков. Поэтому они поставили на Донбасс все свои ставки. Стоит почитать Ленина и других руководителей большевиков. Сюда хлынули сотни и тысячи "агитаторов", тонны оружия и боеприпасов. Донбасс был поставлен в оппозицию окружающей сельской территории. Даже союзники большевиков в особе батьки Махна были с их точки зрения неправильными и следовали политическому (и - чего уж там лукавить, зная, что происходило в 1930-е, - и физическому) уничтожению.
    Всего этого можно было добиться только наделяя Донбасс и его большевистских руководителей полным набором экономической (деньги), военной (оружие), идеологической (агитация и пропагада) поддержки и льгот. Сознательно и целенаправленно создавался культ пролетария, шахтера, который на голову выше окружающих "мужиков", который один знает, что делать и умеет это...
         К 1920-м - 1930-м годам Донбасс постепенно выделяется в привилегированный регион СССР.  Многие не знают, что в довоенные годы в стране сложилась система социалистических привилегий и льгот. Продовольствием и товарами "народного потребления" страна снабжалась по "категориям" в зависимости от важности того или иного региона. Таким образом, жители одной и той же страны, занятые одним и тем же трудом имели разный доступ к материальным благам. Донбасс снабжался по высшим категориям, что, с одной стороны,  ставило его в преимущественное положение, а с другой, привлекало трудовых мигрантов.
        В 1920-е - 1930-е годы "на Донбасс" хлынули сотни тысяч переселенцев со всего СССР, прежде всего с голодной коллективизированной Украины. В Донецк и Дзержинск на шахты, в Краматорск на строительство НКМЗ, в Макеевку и Мариуполь, в Константиновку и Славянск ринулись массы раскулаченных, голодных, прячущихся от ужасов коллективизации и голода людей. Парадокс состоял в том, что их бы следовало отправлять назад, но руководители заводов и шахт не спешили делать это. Нужны были рабочие руки! За всей этой доменно-мартеновской эпопеей некогда было думать о другом насущном. Донбасс преимущественно так и оставался барачно-поселковым.  План, дОбыча и вал, стахановское и кривоносовское движение ставились во главу угла.
      Нет ничего более постоянного, чем временное. Шли годы, отгромыхала война, после которой в Донбасс влилась еще одна мощная волна пересленцев, но все оставалось по-прежнему. Временность и неухоженность бытия, дОбыча, дОбыча, дОбыча...
       Поскольку Донбасс был задуман большевиками, как их оплот, то тут терпеливо взращивались всходы советской культуры и миросознания.  "Новая общность советский народ" как карикатурное отражение бреда советских руководителей и обратная сторона медали великорусского шовинизма здесь принимал действительные очертания. В обиходе это принимало форму бытового шовинизма, антисемитизма, украинофобии, и эти явления приглушались и замалчивались сдерживались лишь властью. Образно говоря, власть выращивала монстра, но не осознавала, что он, выйдя на свободу, может ее погубить. Что в итоге и произошло. Шахтерские забастовки стали первым камнем на могилу СССР. Но когда распался СССР, когда наступил ужасающий кризис, первым пострадавшим стал Донбасс.
       Кто пережил 1990-е, тот помнит весь ужас положения. Это были годы безысходности, разочарования, безденежья, безработицы, бандитизма и бесправия. Все это пышным ядовитым цветом расцвело в Украине, и прежде всего - в Донбассе.
       Разрушив все "до основания", народ в ужасе оглянулся и ... потянулся назад.  Менталитет нашего человека (извините за избитое - "совка") ждал крепкой руки, ностальгировал по прошлому. Стоит ли говорить, что в бывшем оплоте большевиков, помнящем "колбасный рай по 2.20" эти настроения были и остаются превалирующими у многих людей...
      Разумеется, Донбасс разный, и люди в нем разные. Не стоит грести всех под одну гребенку. Но, тем не менее, проблема есть и проблема острая...
      Этот вопрос не решается водночасье. С другой стороны, руководство страны (которое выбираем мы сами) сделало очень мало (если не сказать - не сделало ничего), чтобы разрешить проблемы такого большого и важного космополитичного промышленного региона, каким является Донбасс. А они не только, даже не столько экономические.
      Большевики знали, что говорили и делали. Мы подзабыли, что они говорили о том, что главной целью является "воспитание нового человека". И большевики его воспитали. Результаты воспитания налицо - агрессивный обыватель, ждущий, что кто-то принесет ему на блюдечке высокую зарплату (или в кулечке гречку перед выборами), накормит и напоит его. 
     Можно много еще говорить о проблемах большого промышленного региона Донбасса. Хочу отметить простой, но такой очевидный факт: нигде в Украине (да и, пожалуй, в государствах пост СССР)  так густо не посеяны топонимы отжившего строя. Города, поселки, улицы и т.д., как окна нерадивой хозяйки мухами, усижены названиями, являющимися олицетворениями тоталитаризма. Улицы и районы по-прежнему густо носят имена  Ленина, Куйбышева, Калинина, Дзержинского, Карла Либкнехта, Розы Люксембург, Мориса Тореза и прочих деятелей коммунистического движения. Если в Киеве, Одессе, Львове, Миргороде и других городах Украины вернулись к старым традиционным названиям, идентифицирующим их как города (и села) определенной культуры, определенных традиций, то в Донбассе до сих пор даже в этом законсервировано тоталитарное сознание. И пока в нашей стране не останется тоталитарных топонимов, оставляющих людей жить в тупиковом обществе, до тех пор мы будем толочься на месте и с тоской поглядывать в прошлое.  
   В то время как мир уходит вперед, мы у себя хотим Северной Кореи...
   Но это, кажется, уже не только о Донбассе.

  

текст отличный.

и что делать? ведь решить эту проблему в ближайшие пару десятков лет невозможно. отрезать этот нарост от Украины, чтобы сохранить жизнь стране? или продолжать чего-то хотеть, и не делать?
Так это вопрос не ко мне. Прошло 20 лет независимости, а воз и ныне там - т.е. отсталая инфраструкрура ну и... топонимика (в метафорическом смысле). "Очень трудно менять, ничего не меняя"...
ну так как вы там живете, я поэтому и спросил у вас, что нужно делать :))
потому что рецепты людей, которые не живут на востоке Украины, и особенно в самом Донбассе, они абстрагированы от реалий часто. мои в том числе.
Можна нашою рідною? Я вже давно не живу там - з часу закінчення школи, але часто там бував у батьків, доки вони не віджили свій страдницький вік. А ще я щоліта їздив до бабусі на село, де проводив всуціль усі канікули. Тому виробилася звичка порівнювати дві культури - культуру села, яке затоптали колективізацією і культуру міста, населення якого, покалічене совком, здебільшого формувалося за рахунок того ж села. Знаєте донбасівський діалект? О, цікаве явище, об`єкт дисертації. Скажу лише, що якщо ви почуєте слово "нима" (в рос. зн. "нет, нету", а в українському "нема, немає"), то перед вами він - абориген Донбасу! Загалом велика тема...
дуже цікавий і глибокий опис, дякую. Важливо бачити не просто людей і їхні вчинки, а ймовірну мотивацію і причину їхніх дій - це допомагає бути людянішим)
Ні, не до дна копнув. Тут копати й копати, але схематично десь так. Як на мене, звичайно.
Спасибо, очень здОрово написано!

Можете просветить, откуда в Донбассе (по крайней мере в Донецке) такая высокая популярность всего, что относится к преступному миру?
Почти каждый, с кем я там общался, сообщал мне, что он знает какого-нибудь Васю Косого, который был другом cамого еще кого-то. Такие люди, конечно, встречаются во всех городах, но в Донецке их как-то через чур много.
Возможно, это преувеличение, хотя имеет место быть. Это отличительная черта всех городских рабочих окраин, а Донбасс - это скопление рабочих (а сейчас безработных) окраин в поисках центра. История преступности и отношения к преступному миру, преступному мировосприятию, преступному жаргону (фене) и т. д. - это большая тема. Но попробую вкратце, как я понимаю. Как я уже сказал, менталитет парня, который "вышел в степь Донецкую" формировался в 1920-е - 1940-е. Тогда большевики делили преступников на классовых врагов и социально близких. Как Вы понимаете, зажиточный крестьянин уже сам по себе был преступником и классовым врагом, подлежащим уничтожению (как класс и как личность), а воришка и гопник был социально близким, которого можно "перековать". Какого только бреда не было излито в первые годы "соввласти" в прожектах, и этот один из наиболее опасных... Итак, постепенно формировалось сознание (осознание) того, что лучше быть вором, чем "куркулем". Преступная романтика, преступная тематика завоевывала все больше умов (особо не занятых ничем иным). Кроме того, во время социальных потрясений рабочие районы становились эпицентрами "низовой" преступности. Под этим термином я понимаю такие преступления, как хулиганство, воровство, грабеж. Тут не воровали картин и не грабили банки. Тут просто били морды в темных переулках и снимали "спинжаки". Это была "демократичная" преступность, в массовом сознании иногда и преступностью-то не считающаяся. Поэтому в поселках все знали всех местных воришек, хулиганов и даже бандюков, устанавливалась иерархия, отношения зависимости. С преступным миром лучше было не ссориться, а иметь покровителей в этой среде было показателем статуса. Повторяю, это не только в Донбассе. Кроме того, во время многих амнистий (скажем, "бериевской" в 1953 году) основная масса амнистированных поехала отнюдь не в Москву или Ленинград (там надо было еще устроиться, а для многих это было невозможно из-за ограничений в месте "оседлости"). Они ехали в Кузбасс-Донбасс, где реально можно было устроиться на шахту или на завод. Но человек, вернувшийся "из зоны", даже отсидевший за пустяк, уже являлся морально сломленным, а тут вся обстановка благоприятствовала... Я из детства вынес почти каждодневные пьяные драки в моем шахтерском городе с применением битых бутылок (чаще всего), топоров, кастетов и ножей... Мой отец в составе рабочих дружин ДНД (для молодых наверное стоит объяснить, что это отряды "добровольных" помощников милиции)почти каждую неделю участвовал в "прочесываниях" парка "культуры и отдыха" (десяток рабочих, оторванных от отдыха, с голыми руками и пара милиционеров с оружием). И никогда не проходило без "улова" темных личностей с ножами или кастетами в карманах, как правило пьяными, иногда обкуренными (молодежь думает, что тогда такой проблемы не было). Обстановка 1990-х благоприятствовала укреплению "традиций"...
= менталитет парня, который "вышел в степь Донецкую" формировался в 1920-е - 1940-е.

Менталитет формируется столетиями.
Иногда года прессуются. Иногда менталитет ломается через колено, как в 1930-е сломали веками сформированный менталитет собственника.
Спасибо за столь развернутый ответ!

Понимаю, что и во многих других городах в рабочих районах есть такое - сам в таком районе вырос :) Но в Донецке каждый таксист считает своим долгом сообщить своему пассажиру, кого из авторитетных людей он знает и кто из его друзей/родственников/соседей сидит или сидел. Такие в Запорожье, Днепре или Харькове попадаются на много реже. Забавно :)
Так это не только на Донбассе, такое почти везде на постсоветском пространстве. Что в российском, что в украинском менталитете заложены некие основы своячничества, и принцип "связи решают всё", и в этом контексте существует стереотип, что знакомство с представителями преступного мира считается очень престижным, ведь с их помощью можно "решить все проблемы" и "наказать врагов".
Конечно, законно их кто решать-то будет, раз на законы всем плевать.
Согласен, сам много таких людей знаю. Но в Донецке они как-то чаще встречаются.
= И пока в нашей стране не останется тоталитарных топонимов...

В Западной Украине уже не осталось, но жизнь там не улучшилась.
Вот статья из журнала на ту же тему:
З плавильного казана імперії http://tyzhden.ua/History/35590
(в этом же номере журнала ещё 2 статьи о Донбассе)

Недавно случайно прочитал, что Димарову приходилось всю жизнь скрывать свою настоящую фамилию (как и актеру Кость Петровичу Степанкову):

— Да не Димаров я...


— Не Димаров, говорите?..

— Моя настоящая фамилия Гарасюта. Мои предки жили на хуторе Гараськи под Миргородом. У них было большое хозяйство. Это был один из так называемых столыпинских хуторов. Отец был хорошим хозяином, трудолюбивым, из-за чего и попал в разряд кулаков. Хорошо, что председатель сельсовета раньше времени сообщил ему об опасности. А то не было бы нас в живых. Отец ночью отправил маму с детьми подальше от хутора. А сам погиб. Мама несла младшего братика на одной руке, за вторую держался я. Мне тогда пять годков было. Мама окончила епархиальное училище в Полтаве и могла учительствовать. Ее отец, то есть мой дед, был священником. Пришлось маме убегать с нами аж на Донетчину. Фамилию взяла девичью — Димарова, болгарскую кстати. Должна была ее в суде отстаивать: подговорила знакомых из Миргорода, дескать, ее мужем был учитель Димаров. Ведь жену кулака и дочь священника к школе и близко не подпустили бы. А нам, кулацким детям, и подавно горькая судьба светила. Вот так я из Гарасюты превратился в Димарова, а из Андрониковича — в Андреевича. Об этом я писал в автобиографической повести «Прожить и рассказать».

http://zn.ua/CULTURE/vesna_patriarha-49841.html